# Записаться на тренинг-семинар «Другая жизнь? или Поиск собственного Я» 10-11 ноября

«Казнить нельзя, помиловать.»

15 февраля 2015, в 15:32

 

 

  1430899991_0000000000000000000000-00

Я всю свою любовь отдал тем, кто не любил меня.

И теперь, когда любят меня наисветлейшие люди, я не могу любить, я не умею.

С. Есенин

 

 

 

 

 

Временами, я выпадаю из реальности, и попадаю куда-то в абсолютно иное место, это делает мой Ум, он меня водит туда, не спрашивая, хочу я там оказаться, или нет. Там я попадаю в чувства, они из прошлого, и только краем они касаются того, что происходит в «здесь и сейчас». Вчера я была именно в таком месте. После проживания чувства, приходит осознавание и ясность, и возвращаются ресурсы. Самое главное, в этом — что все происходит только после проживания. В момент проживания ничего не ясно, и ничего не понятно. Плакала я весь день и до вечера. А сегодня много осознаваний по поводу моих отношений с мужчинами, откуда все пошло, и где случился сбой. Нашла.

Начало было даже и не с мужчиной, а с родителями и собакой. Моей собакой.  Когда мне было 8 лет, я захотела собаку, просила у родителей, я все всегда просила почему-то у мамы, не могу понять до сих пор, почему. Очень сильно просила, я помню, я закатывала целые истерики, чуть ли не каждый день это было, когда она не соглашалась, я брала ее измором…не знаю, честно, как она все это выдерживала. В общем, в какой-то момент, она пообещала мне, что через три года мне ее купит. Я ждала. Истерики мои прекратились. Хотя, три года —  когда ты еще ребенок — это огромный срок, но я собрала всю свою выдержку и терпение, и ждала исполнения своей мечты. Все-таки, три года — это не вся жизнь. За это время я перечитала все книги про собак, которые были во всех библиотеках Уралмаша, все художественные книги, изучила всю литературу, где было написано о том, как ухаживать, растить и дрессировать собак, каждую неделю ездила в клуб собаководства, гуляла каждый вечер с соседским пуделем, пробовала его дрессировать. Выучила все про витамины и подкормку для собак, что и для чего, и в каком возрасте нужно давать, у меня даже тетрадка была, в которой все было подробно законспектировано, в общем, я готовилась очень серьезно к этому событию, и ждала… Через три года, т.е мне было 11 лет, я поняла, что мама не собиралась делать то, что пообещала мне, думаю, ей тогда просто надоели мои истерики, и она решила таким способом их прекратить, в надежде, что через три года я повзрослею и перехочу собаку. В принципе, у нее это получилось, как и то, что потом уже в жизни я у нее ничего не просила из того, что хотела. И после этого, внутри себя я оставила лишь те мечты, которых я могу достичь сама. Все остальное — я вытеснила.  В дальнейшем мы никогда не разговаривали с мамой на эту тему, я даже не знаю, что она помнит из этой истории, и каким было ее отношение ко всему этому. А может, и ничего не помнит. Сейчас подумала — не от нее ли я научилась так ловко вытеснять и выкидывать из своей памяти все то, что делает мне больно?

 

Сейчас, после многих лет терапии, и разных расстановок и тренингов на тему отношений с родителями, и проживания детских травм, к маме я отношусь с большой любовью. И вот прямо сегодня наступило время вернуть еще один большой кусок наших отношений с мамой и папой (папы уже нет) и вместе с этим много моих ресурсов, которые я там оставила, в моем раннем подростковом возрасте. Слишком многое тогда нарушилось для меня — вера в обещания и слово, данное родителями; ощущение, что я нужна своим родителям и мои интересы для них что-то значат; уважение к моим чувствам, как к чему-то стоящему; возможность просить помощи…Естественно, все это отразилось на моих отношениях с мужчинами. Кстати, страдающей стороной оказывались в моей жизни именно мои мужчины, а не мои родители. Потому что как только мой ум меня возвращал в не прожитое в моем детстве и отрочестве, так мой ум ведь находил того, кто отвечает за все это — а кто это как не тот, кто сейчас находится со мной рядом? Мужчинам попадало всегда. Понять, что это к ним не относится, я смогла, когда перестала строить отношения с мужчинами, тогда-то и началась реальная работа над собой, которая принесла хорошие плоды и мое возвращение к себе.

 

Итак, когда я поняла, что мама не собирается выполнять свое обещание, а от своей мечты иметь собаку я отказываться не собиралась, я пошла к папе. Я попросила у него. Папа мой откликнулся, и даже с ним мы сходили к одному его знакомому мужчине, у которого была овчарка и папа сказал, что будем ждать щенков. Я была счастлива. Потом, проходит месяц, проходит три, прошло все то время, которое мне говорил подождать папа … и что-то пошло не так, я вдруг стала чувствовать, что меня обманывают… папа отсылал меня к этому мужчине, и сам иногда делала вид, что ходил туда (ходил, но только не за собакой), я приходила домой к этому мужчине, спрашивала, когда же будут щенки, но что-то внутри подсказывало мне, что и тут мне не дождаться, прошло, думаю, полгода, может больше.  Я не могла поговорить с папой — я всегда так сильно боялась поставить человека перед фактом, где он не прав, показать, что я знаю об обмане — мне казалось, как же он переживет такое, когда все знают, что он обманывает. Мне было стыдно за то, что ему придется пережить, если я его в этом уличу…в общем, я ничего ему не сказала. А внутри опять что-то оборвалось, теперь уже это было мое доверие к отцу, к его слову; к вере, что он меня поддержит, и что я могу на него опереться; что ему важны мои чувства, и что он меня любит. Сколько всего! Цепочка. Кто бы знал, что все то, что так быстро оборвалось тогда, одним моим принятым решением, я потом 30 лет буду восстанавливать.

 

Я не остановилась. В моем детстве овчарку можно было купить только в клубе, стоили они дорого, 110 рублей и стоять на очереди за щенком нужно было год-полтора, щенки без родословной стоили рублей 40-50 на рынке и так, по обьявлениям их тоже можно было поискать. Мне нужны были деньги. Я обошла всех соседей в подьезде и сказала им, что я буду мыть наш подьезд и за это хочу, чтобы они мне платили по рублю в месяц. Согласились 17 квартир из 20. Кстати, это был мой первый бизнес, и он был успешным, но недолго.  Я поняла, что людям нужно предложить что-то, что им нужно, назначить за это цену и потом делать это качественно. И тогда работа будет, и все будут рады. Так и было. Я намывала полы в подьезде раз в неделю. Вдобавок, мыла окна и перила. Стало чисто. Люди были довольны. Через два месяца все квартиры уже мне платили по рублю. Потом я договорилась и с соседним подьездом. А потом мой бизнес закончился враз.  Его перехватила одна соседка с 5 этажа. Сначала она стала плохо отзываться о моем труде — придиралась и говорила, что я плохо мою. Это была неправда. Я не понимала, почему она так говорит. Я не умею оправдываться и доказывать что-то, я перестала мыть подьезды, и этим сразу же занялась она. Мне стало понятно, что происходило, и так же, как и тогда с папой, я не могла поставить человека в неловкое положение, сказав ей о том, что я видела ее нечестность по отношению ко мне, мне было стыдно за ее поступок и стыдно представить, как ей будет тяжело пережить, если ее уличить в том. И потом, все к лучшему, к тому времени, я накопила денег рублей 70 — их не хватало на овчарку с родословной, но зато хватало на щенка без родословной и еще на то, чтобы купить хороший поводок, ошейник и все остальное, что необходимо было для щенка. Я начала поиски…ходила по всем обьявлениям и смотрела щенков, многие из предоженных там овчарок оказывались обычными дворнягами, но вот однажды, я увидела то, что мне хотелось и вот он тот щенок моей мечты — я попросила его оставить на день и мне нужно было как-то уговорить родителей. Я пришла домой и что-то внутри меня сказало мне, что мне не разрешат завести щенка, даже на мои деньги. Я пошла на риск — я купила этого щенка и принесла его домой. Внутри у меня была решимость и абсолютное знание, что если его не пустят, то и я уйду вместе с ним жить на улицу. Эту решимость, видимо, заметила мама, и когда я принесла щенка домой, она сказала, что все будет зависеть от того, что скажет папа. Итак, все зависело теперь от отца. Моя жизнь вся зависела от него, от его решения. Запятая во фразе: «Казнить нельзя помиловать» теперь зависела от него.

 

Я ждала папу, я так сильно никогда еще его не ждала, как в тот день, когда должна была решиться моя судьба. Мне повезло. Папа пришел пьяный и веселый. Он редко приходил домой пьяный, это не свойственно моему отцу. В тот день он был хорошо так подвыпивший, я помню этот момент — он заходит, стоит в коридоре, мы со щенком выходим с кухни, он видит щенка — улыбается и говорит что-то типа «ути-пути», я в тот самый момент спрашиваю его, можно ли мне его оставить, и О, чудо! папа не против. Ура! все разрешилось на удивление просто. Это было радостно.

 

Это был чудесный щенок, он был невероятно умный и послушный, с отличными качествами настоящей овчарки, настоящего верного друга. К трем своим месяцам, он не бежал к чужим людям, как это делают обычно щенки, не брал еду из чужих рук, не подбирал еду с пола, просился на улицу, кроме этого знал уже несколько команд, ходил рядом и схватывал все на лету. Его интересовала только я, его хозяйка, он был невероятно преданный и даже в этом малом возрасте, он защищал мои вещи, это была именно такая собака, такой верный друг, о каком я мечтала. Я сейчас мало помню из того времени, только отрывки воспоминаний, как кадры в фильме, которые, как только их показали, тут же переключаются на следующий кадр. Мой ум вытеснит все это, потому что пережить все это было для меня слишком, в том возрасте. Чуть позже вам станет понятно почему, совсем скоро… Так длинно получается у меня…но тут все важно.

 

Мое счастье длилось почти два с половиной месяца. Потом все внезапно закончилось, и я до сих пор не могу простить себе свое малодушие, и его утрату. Я не сделала тогда всего того, что должна была сделать для него. В ответ на его безграничную преданность и любовь, я ответила малодушием и страхом.  Я помню все подробности, было одиннадцать вечера, мы гуляли на школьном дворе с другими собачниками, я видела, как Иран подобрал что-то с земли и сьел, оно было похоже на вид на кусок куриного мяса. Мой щенок был очень умный и с земли уже тогда ничего не подбирал, но в тот день…И у меня появилось предчувствие, что это что-то очень нехорошее то, что он сьел. Но я не думала, что настолько быстро все случится. Это предчувствие, внутренний голос звучал во мне и говорил, чтобы я сходила к ветеринару. А тогда в конце 80-х не было ночных ветеринарок и выезжающих на дом ветеринарных врачей, у меня был вариант побеспокоить ночью одного ветеринара, женщину, мы как-то раз гуляли с собаками вместе и у меня был ее домашний адрес, телефона у нее не было. Но я так боялась побеспокоить человека ночью. Если бы я тогда знала, что все, это будет конец, что можно не успеть, я бы, конечно, пошла бы к ней и разбудила бы, но тогда только мой внутренний голос говорил мне, что будет что-то страшное, а другой голос в моей голове, гораздо громче говорил о том, как это неудобно беспокоить людей по пустякам среди ночи и что ведь еще не понятно на самом деле и может быть все обойдется. Я не знала, как поступить. Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что нужно было попросить помощи у родителей, но тогда мной этот вариант даже не рассматривался. Дом, семья для меня не были тогда тем местом, где можно получить поддержку.

 

В 5 утра он умер, у меня на руках.  Как потом оказалось, в школьном дворе травили крыс, и именно отраву с крысиным ядом сьел мой щеночек. Это была моя первая встреча со смертью близкого мне существа. Раньше я встречалась со смертью — когда мне было 8 лет, умерла бабушка, папина мама, но я не чувствовала особой близости с ней, поэтому ее смерть была для меня скорее просто логичным завершением жизни. Я не понимала, что такое смерть. Но теперь все было по-другому. Было такое ощущение, будто у меня что-то отняли…самое важное… самое дорогое… что-то, без чего моя жизнь не имеет никакого смысла…я не могла это принять…Только не это! У меня только появилась собака, которую я полюбила всем сердцем, и вот его нет. Мир для меня тогда разрушился… я плакала все время, эта боль о невозможности любви. В это пространство я и попала вчера, там, где нет любви…моя память перенесла меня в другое время, чтобы прожить и отпустить все это, наконец… Мой любимый щенок, которому нужна была только я, тогда единственное существо в мире, которому была нужна я, и готовый встать на мою защиту не раздумывая, мой верный друг, которого я так долго хотела, и о котором мечтала столько времени, умер. Умирал он мучительно, ему было очень больно, и он плакал на всю квартиру, проснулись и вышли в коридор родители и сестра.  Они постояли немного и пошли спать.

 

Дальше…утро…я в панике, я впервые со смертью, я не могу проживать чувства, я словно не соображаю. Я помню, что мертвых не держат дома, мне не у кого спросить совета, вытаскиваю тело щеночка во двор…дальше все как в тумане…он тяжелый… тащить тяжело, дотаскиваю до помойки…бросаю в ящик. Потом понимаю, что же я сделала, не могу же я моего любимого песика вот так  выбросить в помойку…надо хоронить…никогда не видела как хоронят…и как хоронят собак…снег…зима…все мерзлое, как и где копают ямы…не знаю… вытаскиваю его оттуда, тащу обратно ближе к дому… оставляю на снегу, за газовой колонкой…решаю, можно ли…увидят…унесут…мысли путаются…потом понимаю, что не унесут, он же мертвый…разные мысли… иду домой…плохо соображаю, что делать дальше… паника… метания… ужас… хочется закрыть лицо руками и не видеть ничего… не слышать… хочется все чтобы было как раньше…все вернуть будто ничего и не было… И чтобы кто-нибудь был рядом. Но… одна… дома все замерли…или словно вымерли…все заполонила собою Смерть. Это было через чур для меня. Тогда какая-то часть меня умерла вместе с моей собакой.

 

Сейчас я вспоминаю все это, пишу и плачу, мне кажется, она возвращается, та часть меня, которая заблокировалась тогда, потому что не было рядом понимающего взрослого, кто бы принял меня в моем горе, просто был бы рядом…разделил мои чувства…сейчас оттаивает сердце… можно прожить утрату…в груди больно. 30 лет прошло…а в груди так же больно…невосполнимая утрата…необьятное детское горе…разочарование…потеря чего-то очень важного внутри…

 

Я не помню, сколько я просидела в коридоре на полу тогда еще. И не помню, как пришла соседка — тетя Марина с 4-го этажа, ей тогда было, кажется, лет 50, как мне сейчас кажется. Это именно с ее пуделем я гуляла год или два, пока не завела свою собаку. Она увидела труп во дворе…в общем, ко мне она пришла с чемоданом и санками, мы поместили Ирана в чемодан и повезли к лесу. Раскопать землю нам не удалось, решили закопать чемодан в сугробе и весной прийти и перезахоронить его в землю. Я так благодарна ей за ту помощь и поддержку, и за чемодан…не знаю, что бы я делала без нее. Не могу понять, где были мои родители и почему нет воспоминаний о них в тот день…весной мы нашли открытый чемодан и там ничего не было…так и не похоронили…всю жизнь я в память ношу эти воспоминания.

 

Я тогда сделала вывод, что мир несправедлив, и что он забирает самых лучших, самых близких. И что нельзя любить, потому что как только я полюбила, так у меня это сразу отняли.

 

А потом… я вспомнила все мои отношения с мужчинами, и увидела повторяющуюся схему: как только я любила, так сразу я теряла. Вчера мне это просто показали, сегодня я вспоминаю и перепроживаю все это. И вчера, когда я начала плакать, я как раз увидела именно это — те отголоски прошлого — что любовь невозможна. У меня любовь невозможна. Это мой вывод, который я сделала тогда, мое убеждение, которое я неосознанно несла по жизни потом все время. Как только я люблю — так сразу я теряю. Это убеждение повлияло на все мои отношения с мужчинами. И каждый раз, с каждой новой любовью, с новыми отношениями, и каждым обязательным потом расставанием, я оставляла в них кусочек моего сердца… НО как говорят, есть время разбрасывать камни, так и наступает время их собирать. Время такое настало…сегодня я все собираю, собираю свое сердце по кусочкам. Собираю его из всех оборвавшихся отношений. Собираю, чтобы уже больше его никогда не терять…И любить. И не бояться. Страшно не — Любить, страшно — Не любить. Быть бесчувственной страшно. Мертвой. Я выбираю – жить и быть живой. Быть женщиной, легкой, игривой, женственной, привлекательной, манящей, нежной, завораживающей, страстной… и можно продолжать и продолжать…И сейчас я могу сказать спасибо моему уму, который столько лет защищал меня от того, чтобы я вспомнила эту ужасную ситуацию, больше мне она не опасна, и она закончила свое влияние на меня. Аминь! Слава Богу, и всем существам и сущностям, кто участвовал в моем изменении. Я признаю свою новую идентичность. И признаю разницу между новой идентичностью и старыми травмами.

 

Светлана Сэлу

Читать все статьи в блоге